— Не так уж их было много. — Лаура улыбнулась.
— Лучше бы мы провели вечер вдвоем. Мне следовало уже давно уложить тебя в постель.
— Что? Франс, что ты делаешь?
— То, что должен был сделать. — Он повернул ее спиной к себе и расстегнул «молнию» на платье. — Укладываю в постель.
— Нет!
Платье скользнуло вниз, и Франс прижался губами к ее шее. Она едва слышно застонала, и этот звук, означавший, что она хочет его так же сильно, окрылил его… Но нет, сегодня заниматься с ней любовью он не станет. Лаура выглядит утомленной, и в этом его вина. Ей больно и обидно, в чем тоже виноват он. Заставил ее незамедлительно вступить в брак, а надо было сделать это осторожно, постепенно вводя в свою жизнь. Он многого ее лишил.
Теперь все будет по-другому. Да, он долго ждал этой ночи, но их впереди еще много. Очень много. Франс улыбнулся. Впереди годы, Он сможет построить жизнь для этой женщины. Они разделят и страсть, и уважение, и любовь их дочери.
В любовь, которая якобы существует между мужчинами и женщинами, он никогда не верил. Знал, что ничего такого на самом деле нет. Знал по грустным, глупым и сентиментальным рассказам матери. А теперь…
Он медленно потянул платье вниз, и оно упало к ногам Лауры. Она отступила, оставив туфли, и Франс отшвырнул их ногой. Он чувствовал дрожь ее тела, тепло ее кожи. Он гладил ее по спине, целовал ее плечи, вдыхал ее аромат. Аромат меда, цветов и желания.
Франс вздохнул и повернул ее лицом к себе. Лаура была прекрасней, чем в ту ночь. Налитые груди натянули прозрачную ткань бюстгальтера, под которой темнели набухшие соски. Он прошептал что-то по-испански, поднял руку и коснулся ее груди, потом живота, потом… Она горела от страсти и была готова принять его, и, видя это, он едва не упал перед ней на колени.
— Тебе нравится, когда я притрагиваюсь к тебе?
— Да, — прошептала она, — да, да!..
— Боже, как ты прекрасна! У меня захватывает дыхание…
— Я. , располнела. Думала, когда ты меня увидишь…
Он отступил, сбросил туфли, разделся, оставив лишь черные шелковые трусы. Лаура не могла отвести от него глаз. В ту ночь ей не удалось рассмотреть его как следует, все произошло так быстро. Теперь у нее появилась возможность оценить красоту мужчины, за которого она вышла замуж. Мускулистые плечи и руки. Густые черные волосы на груди. Плоский живот, узкие бедра, длинные ноги… И мощь желания, скрытая черной тканью. У нее задрожали колени, она покачнулась. Он подхватил ее, перенес на кровать и сам лег рядом с ней. Ему так хотелось сорвать с нее остатки одежды, овладеть ею, погрузиться в нее… Нет, только не сегодня!
— Лаура, ты понимаешь, что еще не спала со мной?
— Но как же? А той ночью?
— Нет, мы не спали вместе. Ты ушла от меня. — Он улыбнулся и поцеловал ее в губы. — Поспишь со мной? По-настоящему? Свернись, прижмись ко мне, закрой глаза и поспи.
— Франс, — ее голос дрогнул, — ты такой щедрый. Я устала, да, но ты мой муж… Он вновь поцеловал ее и прижал к себе.
— Да, я твой муж. И я подожду. Она вздохнула, закрыла глаза и улыбнулась. Ее муж…
Через несколько мгновении Лаура уже спала.
Глава 9
Лаура проспала всю ночь, а Франсу не спалось. Да и как уснуть, когда рядом с тобой такая теплая, так соблазнительно пахнущая женщина? Женщина, ставшая его женой.
Она лежала, положив голову ему на плечо, и ее дыхание касалось его груди. На рассвете, когда лучи солнца тронули стекла окон, окрасив их в нежно-розовый цвет, он осторожно, не выпуская Лаура из объятий, повернулся на бок. Чтобы начать день, упиваясь красотой ее лица.
Франс улыбнулся. Как же она хороша. И сон пошел ей на пользу. Она проснулась всего один раз, разбуженная, вероятно, инстинктом, потому что он не слышал детского плача.
— Мэри проголодалась, — прошептала Лаура, и Франс, взяв жену на руки, отнес ее в детскую.
— Вам не стоит беспокоиться, — тихо сказала няня. — Мы уже покормили девочку.
Тем не менее Лаура дала малышке грудь, а потом Франс снова отнес ее в спальню, где она вновь уснула, едва коснувшись подушки.
Да, тени под глазами исчезли. Ему все еще казалось, что Лаура похудела, но это поправимо. С сегодняшнего дня они станут есть вместе. Он предложит ей ту восхитительную пищу, которую сам ел в детстве. Ничего изощренного, но вкусно и питательно. А еще надо познакомить ее с настоящей испанской кухней. Пригласить друзей, повеселиться… Лаура должна почувствовать себя своей.
А что касается Кончить!… При следующей встрече придется дать ей понять, чтобы искала другого финансового советника, потому что он женатый человек и не потерпит неуважительного отношения к своей супруге. Лаура заслужила его уважение, верность и лю…
У него перехватило дыхание. Франс бережно снял руку Лауры со своей груди, а свою просунул ей под плечи. Она пробормотала что-то сквозь сон и потянулась к нему.
Время остановилось. Он смотрел в потолок, не думая ни о чем и слыша только тиканье настенных часов и тихое дыхание Лауры.
Что еще за чушь? Никакой любви не существует, не надо обманываться на этот счет. Страсть, желание — вполне понятные эмоции. На них строится брак. К ним добавляются уважение, верность, дружба.
В эти принципы он верит. И его жена тоже в них поверит. Он потребует этого от нее. Один мужчина — одна женщина. И больше никого. Прошлой ночью он сказал ей об этом. Их свела страсть. Когда желание уйдет, они удержатся вместе за счет здорового принципа брака.
Лаура снова вздохнула и крепче прижалась к мужу. Ему захотелось разбудить ее поцелуем. Что это, если не страсть? Хорошо знакомое чувство: у него было много жен-шин. Но сейчас… сейчас что-то изменилось. Франс обнял жену и постарался ни о чем не думать.
Лаура проснулась не сразу: она прошептала его имя, и Франса охватило такое чувство нежности, какого он уже давно не испытывал. Она позвала его, она искала его, еще не проснувшись, и он, наклонившись, поцеловал ее в губы.
Ее тело оказалось таким горячим и мягким. Он медленно раздвинул ее губы кончиком языка. Она тихонько застонала, обвила его руками и ответила на поцелуй.
— Лаура, — прошептал Франс, словно пробуя ее имя на вкус, — милая, я хочу тебя. Хочу так сильно…
Глаза ее потемнели, а единственным ответом на его желание стал поцелуй. Франс отбросил одеяло.
— Ты прекрасна. — Он приподнялся на локте и оглядел ее всю: груди с темными сосками, узкую талию, слегка округлившийся живот и треугольник рыжеватых волос.
Они потянулись друг к другу, влекомые одним желанием, и два вздоха слились в один.
— Франс, — прошептала Лаура.
. — Ты еще красивее, чем была.
Острое желание обладать ею, сделать наконец своей, пронзило его. Рука скользнула по животу, и он ощутил влагу ее жаждущего любви тела. Ему не хотелось причинять ей боль, ведь она совсем недавно родила, но Лаура уже развела бедра, приглашая, торопя его войти.
